Тишь да гладь. Почему мы проигнорировали юбилей Октября

2

Мы проигнорировали юбилей Октября. Остались равнодушны к знаменательному событию в отечественной и мировой истории. Прошли мимо круглой даты и даже глазом не моргнули. Как будто и не было ничего.

А я, признаться, ждал. Как Нового года в детстве. Думал, чудо произойдет. Ну или хотя бы что общество взбудоражится, придет в движение, проявит, на худой конец, интерес.

В частности, мое воображение рисовало такие картины.


Президент выступает с обстоятельной оценкой событий столетней давности, выносит свой вердикт, призывает к единению. Все умиляются. На Красной площади устраивают грандиозное светомузыкальное представление. Как на Олимпиаду. Играет тревожная музыка, по макетному небу плывут русские авангардисты. Представители науки, культуры, искусства собираются за круглыми столами. Обсуждают, дают оценки. Дискуссии транслируют по всей стране. На огромных мониторах. Дмитрий Киселев в прямом эфире обнимает Евгению Альбац. Евгения Альбац припадает к груди Дмитрия Киселева. Наконец, любимая колумнистка пишет к юбилею колонку, в которой поражает глубиной мысли и расставляет все точки над «i».

Написала. Про то, как ее подруга, простите, напилась и упала в лужу. Колонка вышла аккурат утром 7 ноября. Как нарочно.

Словом, никто даже перфоманс не устроил. Глухо.

А ты помнишь, читатель, как все начиналось? Нет, не сто лет назад, а недавно. В январе-феврале. Телевизионные выпуски взволнованно сообщали, что мы вступили в год юбилея аж сразу двух революций. Социальные сети предлагали следить за событиями столетней давности в режиме реального времени. Научное сообщество распланировало конференции, семинары и открытые лекции на год вперед.

Короче, начиналось за здравие, а заканчивается за упокой. Пустота. Забвение. Плевать хотели. Поросла мхом ваша революция. Что и вспоминать.


Почему?

Ведь русский человек любит круглые даты. Это не только в советское время заводы запускали к юбилеям вождей. Скажем, строительство Софии Киевской было закончено к 1037 году. То есть к пятидесятилетнему юбилею Крещения Руси и пятисотлетнему юбилею Софии Константинопольской.

А сейчас? Сейчас что случилось? Что за сбой такой произошел в русской жизни?

Знаете, в романе «Волшебная гора» немецкого писателя Томаса Манна есть такой эпизод. Клавдия Шоша – она олицетворяет Россию – делает упрек Гансу Касторпу, главному герою, немцу. Дескать, такие, как он, живут ради переживаний, стремятся к самообогащению. В то время как другие живут ради самой жизни, живут страстью, которая есть самозабвение.

Думаю, пояснять, кто такие «другие», не надо. Мы не стремимся к самообогащению. Ни каждый в отдельности, ни общество в целом. Разложить былые заслуги по полочкам коллективной памяти, развесить на доске почета исторические достижения, а потом любоваться – нет, это не про нас.


А революция – чем не достижение, которое можно аккуратненько положить в копилку исторических свершений. Мощный рывок в будущее, штурм небес, небывалый скачок в царство свободы. Пусть и неудавшийся. Кажется, так характеризуют нашу революцию на Западе? Конечно, есть и оригиналы. Мол, большевицкий переполох – это срыв в архаику, нашествие черни, победа шариковых. Но в большинстве своем они там, на Западе, скорее положительно относятся к нашей революции. Она им нравится. Мы им ближе, что ли, в ее результате стали. Понятнее. Ведь социализм это они там придумали.

А мы эту копилку – бац! – и об пол. И давай транжирить.

Да и вообще. Мы вспыльчивые, но отходчивые. На свадьбе подерутся, за волосы друг друга оттаскают, а наутро уже сидят в обнимку, песни поют. Через год спроси – что было-то? Никто и не вспомнит. Только полюбовно похлопают обидчика по плечу да прижмут к себе.

Так же и здесь, в общественно-исторических, так сказать, делах. Кто старое помянет, тому глаз вон. Это для вас, интеллигентов, прыжок в царство свободы, а для нас – повздорили и забыли. Пусть лихо повздорили, так что теперь, всю жизнь, что ли, помнить?

Впрочем, есть причины и другого порядка.

Философ Василий Розанов давно подметил одну специфическую черту нашей страны. У России – бабская натура. (Простите, я цитирую.) Она ждет первого шага со стороны мужчины. Царя, вождя, президента, значит. Куда он предложит, туда и пойдет. А он – президент – ничего не предложил. То ли деликатен слишком оказался, чуток, так сказать, к народному настроению. То ли личные предпочтения дали о себе знать. Ведь не любит он революций, мирным путем страна должна развиваться, считает. А значит, и не заслуживает Октябрь особого внимания.


Мы просто поняли друг друга без слов.

А еще мы устали. Три с лишним года после Крыма общество в состоянии холодной гражданской войны. А тут еще один повод для выяснения отношений. Может, ну его, к черту, подумали мы и не стали ворошить прошлое. Власти же просто решили не подливать масла в огонь. Лучше промолчать, подумали.

Многие удивляются. Мол, по опросам выходит так, что российские граждане воспринимают себя как потомков красных. Стало быть, в основе нашей государственности и национального самосознания должна лежать именно Октябрьская революция. Потому как в основе любой современной государственности и национального самосознания лежит какая-нибудь легенда, миф. У французов – Великая французская революция, у американцев – война за независимость. А у нас, выходит, не лежит. Что такое?

Да все просто. Лежал Октябрь в основе нашей государственности и сознания, пока его не стало вытеснять другое событие. Победа в Великой отечественной войне. Теперь она принята нами за точку отсчета. Революция по сравнению с Победой меркнет. Поэтому и не находит достойного места в нашей памяти.

Вот так.

Фото и видео — Проект 1917

Читайте также