«Женечка, вот тебе простор для твоей необузданной мести» Почему стоит внимательнее присматриваться к бульварным сюжетам

21

У филолога ответ на языке. Вот, скажем, Достоевский. Брал газетные истории из русской повседневности и извлекал поистине трагическую и подлинно христианскую подоплеку русской жизни. Одним из первых на сочетание бытового жанра и глубокого содержания в романах великого каторжника обратил внимание Михаил Бахтин, один из самых известных и проницательных исследователей творчества писателя.


И вправду. Подчас факты, на первый взгляд достойные только презрения, могут рассказать куда больше, чем обширные репортажи респектабельных изданий, обстоятельные доклады аналитических центров, глубокие расследования независимых газет. К числу таких фактов стоит отнести крестовый поход против олигархов, который затеяла элитная куртизанка Настя Рыбка.

Вкратце история такова. Девушка по имени Анастасия приехала в Москву из провинциального Бобруйска и стала сначала моделью, а затем одной из работниц службы сопровождения олигархов. Не переставая, она вела блог, в котором протоколировала детали досуга миллиардеров и чиновников высокого ранга. Спустя полтора года девушка написала книгу, в которой в подробностях поведала миру о нравах богатых клиентов. На днях она заставила встрепенуться непоколебимого Олега Дерипаску, а Роспотребнадзор вынудила провести зачистку российского интернета. От сведений, порочащих олигарха и его высокопоставленного приятеля из правительства страны.

Наверняка действия девушки заставили потревожиться и рядового читателя новостей. Ведь неизвестность всегда вызывает тревогу, порождает внутреннее беспокойство, а то и вызывает истерику. Рядовой читатель смутно осознает, что под хрупкое равновесие, благопристойный консенсус вроде бы всех устраивающего порядка вещей – ну, пусть с нотками лицемерия и лжи, а куда без этого? – заложена мина. И кем? Согласитесь, неприятное ощущение.

А между тем избавиться от него легко и просто. Нужно только понять, что перед нами разворачивается извечный сюжет, архетип. Вернее, сразу два сюжета. Месть оскорбленной женщины (а вернее высокого чувства любви в женщине) и коварство женской красоты, способного обратить власть предержащих в постыдное рабство и лишить воли самых могущественных из государственных мужей.

И то, и другое с поразительной точностью задокументировал Куприн в повести «Яма» – первом в русской литературе доскональном исследовании проституции.

NgMr-AB8uIQ

Одна из сюжетных линий повести выстроена вокруг девушки по имени Женечка. Она незаурядна, свободолюбива, горда, обладает бойким характером. Положение публичной девицы давно терзает её душу. Она осознаёт, что ежедневно в доме терпимости, где она живет, совершается преступление против женщины. Преступление, поставленное на поток, – осквернение самого драгоценного чувства производится на регулярной основе. Обыденно и привычно.

Однажды один из посетителей дома терпимости заражает Женю страшной болезнью – сифилисом. Мысль о непоправимости произошедшего служит спусковым крючком – девушка решает мстить. Но не за собственную болезнь – от лечения она отказывается. А за оскорбленное чувство любви, за всех тех несчастных девушек, которых еще в детстве совратили достопочтенные главы семейств, благопристойные чиновники, представители уважаемой интеллигенции, а также студенты, учителя, гувернеры, гимназисты. Совратили и выкинули на улицу. Мстить честным подлецам, которые украдкой ищут наслаждения и предаются пороку. Которые видят в проститутке только – это авторский текст – сточную трубу для пакостных удовольствий.

Верно или неверно поступает девушка – на этот вопрос нет ответа и у самого Куприна. В отчаянии она приходит к Сергею Ивановичу Платонову, одному из героев повести, а фактически к самому Куприну – образ Платонова во многом автобиографичен. И он отвечает: не знаю. Впрочем, он подсказывает. Подсказывает альтернативный вариант мести. Тот, которым не воспользуется героиня повести, но который выберет героиня наших дней. Настя Рыбка.

Совету русского классика она последует в деталях.

– Тебе стоит только пальцем пошевельнуть, чтобы видеть у своих ног сотни мужчин, покорных, готовых для тебя на подлость, на воровство, на растрату, – пишет Куприн. – Владей ими на тугих поводьях, с жестким хлыстом в руках!.. Разоряй их, своди с ума, пока у тебя хватит желания и энергии!.. Посмотри, милая Женя, кто ворочает теперь жизнью, как не женщины!

Местами сходство едва ли не доскональное, заставляющее вздрогнуть и обеспокоиться за тот самый пусть и худой, но все-таки порядок вещей.

– Женщина, едва умеющая подписать свое имя, влияет иногда через мужчину на судьбу целого королевства. Наследные принцы иногда женятся на вчерашних потаскушках, содержанках… Женечка, вот тебе простор для твоей необузданной мести, – заключает Куприн.

Дикая амбициозность, дурная целеустремленность, с которыми действует Настя Рыбка, не исключают того факта, что вытравить из женщины мысль о святом чувстве, растоптать представление о должном практически невозможно. За циничной бравадой зачастую скрывается крик о помощи, зачастую она свидетельствует о глубокой душевной ране. А месть вполне может быть безотчетной. Не переставая при этом быть местью, продиктованной желанием вскрыть застарелый гнойник.

 

Читайте также