«Дуэлянт» + «Видок»

«Дуэлянт» Алексея Мизгирева

wzwdplrlrn4

Мизгирев до недавнего времени был известен как режиссер исключительно авторского толка. Его картины «Кремень», «Бубен-барабан», «Конвой» оптимизмом и лучезарностью не отличались. Атмосфера в них кровоточит страшной стороной реальности, для которой понятие человеческое сродни лишь  отчужденности и отчаянию. На момент создания его первых работ, «новая волна» российских режиссеров практически одновременно обратилась к темам душевной эпилепсии целых поколений; непримиримой действительности, пронизанной попытками банального выживания в обществе, где царят поистине дикие условия и законы. Обласканный различными фестивальными наградами, Мизгирев взялся за новый проект на сумасшедшую для отечественного кинематографа сумму в 725 миллионов рублей.

В «Дуэлянте» действие происходит в 1860 году в Санкт-Петербурге. Главный герой – некий дворянин Яковлев в исполнении Петра Федорова, постоянный участник подставных дуэлей. Убивает наш Яковлев людей налево и направо, выполняя заказы таинственной персоны. Участие в дуэлях его тяготит, но приносит довольно солидные деньги. За два часа хронометража зрителю объяснят, откуда такая прыть ко всякому роду убийствам и умению стрелять не хуже дэдшота, на что способны шаманы Алеутских островов. Напыщенный драматизм с вечным напряжением на лицах основных персонажей заставляет заскучать через 20 минут после начала просмотра. История, рассказанная в привычных интонациях Мизгирева, наполнена жестокими и подробными сценами смертей и насилия. Эти приемы, кстати, играют на руку фильму, парадоксально оживляя его через трупы и кровь. Сам Петербург в отдельных моментах выглядит великолепно и неправдоподобно. XIX век для создателей фильма – лишь сцена для декораций, на которой зудят вневременные общественные язвы. Что касается историчности, то она уходит на второй план. Вместо нее, мы становимся свидетелями огромной работы художников-постановщиков, сотворивших свой собственный город из двух улиц на манер древнегреческих Афин, покрытых грязью, ливнями и отсутствием логики. Для создателей «Дуэлянта» основная проблематика картины находится в сфере нематериальных субстанций. Напутствие «береги честь смолоду» выступает топливом для всего механизма повествования. При сильном желании можно будет обнаружить и намеки на лермонтовский фатализм, и на «Выстрел» Пушкина. К слову, Александр Сергеевич, погибший от пули Дантеса, имел слабость разрешать разногласия и оскорбления через поединок. Подобные вызовы случались с ним практически каждый год, иногда и не по одному разу. Причины для игры со смертью чаще всего были до боли нелепыми и смешными. К примеру, в 1819 году Пушкин посетил театр. Вел себя крайне вульгарно, кричал на артистов. Присутствующий при этом майор Денисевич сделал ему замечание. Вот вам и повод. Дуэль, правда, не состоялась из-за аргументов и доводов их секундантов, в чьи обязанности в первую очередь входило примирение сторон. В фильме подобный факт не встречается вовсе. Здесь все происходит настолько внезапно и неуместно, что сама процедура дуэли становится похожа на некую музыкальную паузу, после которой жизнь продолжает течь в абсолютно прежнем русле.

На пути восстановления и защиты своего честного имени герои всякий раз норовят обесчестить все, к чему прикасаются. Трудно не заметить, как элемент драматургии захлебывается в собственной несостоятельности. Высший свет общества в глазах режиссера предстает кучкой недоумков, за красивым речитативом которых стоят лишь пресловутый пафос вперемешку с афоризмами графа Беклемишева (Владимир Машков). Любовная же линия в фильме скомкана и подана в чересчур пресном виде. Одним словом – чужеродный элемент.

Поражает кропотливость в подборе реквизита и костюмов, работа над антуражем выше всяких похвал, но детищу Мизгирева не достает сюжетной целостности и обыкновенного усилия для построения сложных характеров, чьи судьбы не будут восприниматься с подобным напряжением и однобокостью. Попытка сделать качественное массовое кино однозначно засчитывается, старания и личное отношение видны невооруженным глазом. На поприще отечественных киноделов «Дуэлянт» при всех своих минусах – приятное исключение.


«Видок» Жан-Кристов Комар (Питоф)

0pwzd2ov340

В 2001 году французы подарили миру мистико-фантастический фильм «Видок». Питоф первый из режиссеров, кто решился снимать свою картину исключительно с помощью цифровых видеокамер. В итоге получилось завораживающее полотно, сюжет которого переносит нас в Париж 1830 года. Масштабные перемены и потрясения часто выворачивает нутро общества, вываливая на артерии улиц панику, грязь, болезни, пот, кровь, пороки и, конечно, смерть. Атмосфера неспокойного Парижа стала прекрасным дополнением к противостоянию частного детектива Видока (Жерар Депардье) и загадочного убийцы, обладающего секретами инфернальной алхимии. Сам Видок – реальный человек, живший во Франции в XVIII-XIX вв. В историю он вошел как повеса с невероятной судьбой. Он пройдет путь от изгнания из собственного дома, десяток тюрем и побегов, пиратства, попробует себя в сотнях различных профессий, будет стукачом для парижской полиции, шефом сыскной бригады при уголовном розыске, откроет первое частное детективное агентство, напишет мемуары, которые разойдутся по миру многотысячными тиражами. И это лишь вершина айсберга из жизни этого удивительного француза. Его прототипы вошли в произведения таких авторов как Оноре де Бальзак, Виктор Гюго, Эмиль Габорио. Создатели «Видока» серьезно рисковали, выбирая легендарного персонажа, который был известен далеко за пределами Франции.

Сюжет фильма берет свое начало в кульминационной концовке истории. Зритель вместе с молодым журналистом Этьеном Буассе (Гийом Кане) постарается раскрыть клубок загадок и противоречий, следуя по цепочке расследования известнейшего французского сыщика. Сценаристы постарались пронести интригу через все полотно повествования, опираясь на лучшие традиции детективного жанра. Герой Депардье практически не раскрывается. Излишняя информативность пошатнула бы сюжетный стержень, который так прочно укреплен на фундаменте тайн и домыслов. Постоянное использование крупных планов душит зрителя своей натуральностью. Графика в фильме превращает город в живой организм, со своим буйством красок, искусственностью мироощущения. Вживаются в этот город пугающие вспышки реализма, такого запредельного, что становится не по себе. Живые люди в зеркалах выдуманного мира – вывеска для фильма Питофа.

Стимпанковская сюита под пером французского режиссера прочно приковывает к себе внимание своих зрителей. Музыкальное сопровождение на высшем уровне. Персонажи отменные. Концовка приятно порадует неожиданным поворотом. Отличный рецепт для домашнего просмотра.